Рус Укр
— Розгорнути навігацію —

Интервью Виктора Медведчука телеканалу «112 Украина»

Ведущий: Мы знаем, что ВР уже готовится к началу своей работы, вчера состоялось очередное заседание подготовительной группы, которая занимается подготовкой первой сессии ВР IX созыва. На этом заседании определились с количеством и названиями парламентских комитетов. На ваш взгляд, какие комитеты должны отойти фракции «Оппозиционной платформы – За жизнь»?

Виктор Медведчук: Еще раз добрый день. Ну, требования, которые мы высказывали, и позицию, которую мы формировали от имени нашей партии, заключаются в том, что с учетом того, что мы пока единственная фракция, которая заявила о своей оппозиционности как к президенту – г-ну Зеленскому, так и к фракции «Слуги народа», которую будут составлять большинство в парламенте и, видимо, будут представлять коалицию большинства в парламенте, мы, естественно, должны получить, как мы считаем, исходя из практики, которая существует и у нас в стране, в предыдущих парламентах, не считая последнего (при г-не Порошенко), те контрольные функции, которые присущи Верховной Раде, парламенту, которые должна осуществлять оппозиция в целях контроля за деятельностью власти.

Это комитет, связанный с регламентом, это комитет свободы слова, это комитет по наработке антикоррупционного законодательства и многие другие, что признаны не только в Украине, но и во всем цивилизованном мире, как те комитеты, которые формируют и реализуют контрольные функции Верховной Рады Украины. К сожалению, я думаю, что все будет не так. Почему? Потому что снова начинаются разговоры по поводу закона об оппозиции. Это уже очередное сегодня такое высказывание или очередная байка, которую рассказывают при каждом новоизбранном парламенте, рассказывает власть, но в результате это ничем не заканчивается, и в Украине до сих пор нет закона об оппозиции. Я думаю, здесь вопрос заключается в другом: в традициях и в том, что действительно присуще людям, которые пришли к власти и составляют большинство. Да, действительно, такая практика существует, и контрольные функции надо передать оппозиции. Вопрос меня больше тревожит другого порядка: это вопрос, связанный с тем, каким вообще будет распределение комитетов, потому что на сегодняшний день то, что звучит от представителей самой крупной фракции – «Слуги народа» – о том, что мы отдадим там один-два комитета, меня лично как гражданина Украины, как депутата, избранного в Верховную Раду IX созыва, не удовлетворяет по одной простой причине. Первая плоскость, которую мы должны рассматривать, – вопросы в комитетах (а их вообще существует две), и тот вопрос, который вы задали, он как раз касается второй плоскости – это название комитетов и предметоведение комитетов.

Так вот, первая плоскость – это количество руководящих должностей в комитетах, которые должны отойти каждой фракции. И здесь не суть, эта фракция будет при власти, она будет входить в коалицию, или она будет находиться в оппозиции, или, не входя в коалицию, будет поддерживать или власть, или оппозицию. Здесь есть четкая установка, которая изложена в части 4 статьи 81 закона о регламенте, где прямо сказано, что руководящие должности, такие как председатель комитета, первый заместитель, заместитель и секретарь, в каждом комитете делятся пропорционально количеству избранных в ВР депутатов, общего количества, в соответствии с количеством депутатов, входящих в каждую фракцию или в депутатскую группу.

На сегодняшний день избрано 5 фракций, и мы сделали заявление от нашей партии по поводу того, как должно быть в соответствии с законом. Я подчеркиваю, это не желание власти, это не их потребность в том, чтобы кого-то удовлетворить и кому-то что-то дать с барского плеча или не делать этого. Это требование действующего законодательства и закона о регламенте. Должны быть, отойти руководящие должности самой большой фракции – «Слуги народа» (14 комитетов) – все должности, которые я перечислил, и «Оппозиционная платформа – За жизнь» имеет право получить в различных комитетах три должности главы комитетов, первых замов и замов секретарей.

Остальным трем фракциям (с учетом количества народных депутатов, входящих в эти фракции) должно отойти по руководящей должности председателя, первого зама, и зама, и секретаря в одном из комитетов, по одному из комитетов. Остается, если исходить из того, что было предварительно утверждено вчера 23 комитета, 3 комитета, которые могут быть распределены, если внефракционные депутаты, которых осталось определенное количество и не вошли в депутатские фракции, создадут депутатские группы. Потому что руководящие должности, они распределяются только между фракциями и группами. Так вот, если будут созданы группы, то эти три комитета или руководящие должности в трех комитетах должны отойти к ним. Если будет создана одна депутатская группа, то это может быть только одна, а все остальные руководящие должности должны быть распределены пропорционально составу народных депутатов, входящих в каждую фракцию.

Вот такой принцип – то, что я называю первой плоскостью распределения, – должен быть выполнен как требование закона сегодня, в том числе большинством в парламенте. И если этого не будет сделано, «Оппозиционная платформа – За жизнь» обратится в Конституционный суд о признании незаконности, неконституционности того постановления ВР, которым будет утвержден порядок распределения должностей в комитетах ВР, если он не будет отвечать требованиям части 4 статьи 81. Теперь то, что вы спросили, – вторая плоскость. Она заключается в том, что по принципу, по традиции и с учетом требований законодательства, в том числе и Конституции, контрольные функции должны отходить оппозиции. И это те комитеты, которые я перечислил. Они должны быть прерогативой оппозиционных фракций. Пока такая одна, остальные ждут, не заявили о своей оппозиционности, может, ждут приглашения в коалицию, может быть, у них какие-то другие идеологические требования, но должность заместителя председателя ВР и должности в тех комитетах – свободы слова, регламент, антикоррупционный, они должны априори принадлежать оппозиции. Но здесь это право большинства. Они могут это сделать, могут не сделать. Но я настаиваю, и наша принципиальная позиция, нашей фракции, заключается в том, что количество комитетов, сейчас не говоря о названии их, определенная количеством депутатов, входящих в каждую из фракций, должно быть распределено в соответствии с законом. Это касается не только нашей фракции. Мы будем отстаивать это право за всеми фракциями, которые вошли в парламент. Мы считаем это объективным, справедливым и в полной мере отвечающим действующему закону.

Ведущий: Также знаем, что «Оппозиционная платформа – За жизнь» предлагала создать отдельный комитет по вопросам комплексного решения проблем Донецкой, Луганской областей. Вместо этого будет создан комитет, который также будет заниматься правами человека, реинтеграцией Автономной Республики Крым, национальными меньшинствами, межнациональными отношениями. Как вы считаете, насколько эффективной будет работа такого комитета?

Виктор Медведчук: Ну, вы знаете, когда вот вы перечислили, даже еще не все, что предлагается включить в ведение этого комитета, так называемого такого суммарно-общего, то это говорится «обо всем и ничего». Кто-то действительно очень старается для того, чтобы не акцентировать внимание на главных проблемах и необходимости их решения, ведь главная проблема – это мир на Донбассе. Что еще может быть важнее на сегодняшний день? Ведь так считают не политики, так считают наши граждане, которые 70–80% поддерживают вопросы, связанные с мирным урегулированием ситуации сегодня на Донбассе, на неконтролируемой части территории Украины. И здесь законодателям в духе требований времени, здесь законодателям, которые должны выполнить главную стратегическую задачу – принести мир, надо было бы сконцентрировать внимание и позицию одного из комитетов, направить их деятельность для подготовки законодательства и решения других вопросов, которые бы ускорили и создали законодательную базу для мирного урегулирования. Но, оказывается, что для тех, кто это предлагает (а это предлагают представители "Слуги народа"), это необязательно. Собственно, так и впечатление сегодня складывается о том, что установление мира для них не является обязательным, потому что если бы оно было обязательным, то создали бы такой комитет, как это предлагает «Оппозиционная платформа – За жизнь». Мы действительно считаем, что этот комитет должен сконцентрироваться на этой работе. И ведь я напоминаю, что, согласно Минским соглашениям, главной ее частью, политической частью, фундаментом Минских соглашений является принятие законов, законодательных актов. Это и особый статус и в законе, и в Конституции, это закон об амнистии, это закон о выборах, это то, что надо решить, для того чтобы заложить фундамент мира на Донбассе. И здесь это функция не президента, и это полномочия не президента и не правительства. Это функция, задача и обязанность парламента – подготовить законодательные акты, подготовить законодательную основу для мира на Донбассе. И непонятно, почему против этого возражает большинство. Хотя, естественно, это можно объяснить тем, что предыдущая власть не хотела мира, сегодняшняя власть декларирует о том, что она хочет мира, но не делает конкретных шагов. Потому что это – самый реальный (вот в сегодняшних условиях) шаг, который мог бы быть направлен на мир. Не вопросы какие-то, частично которые пытается решить новая власть (связанные со Станицей Луганской). Да, это очень важно – отвод вооруженных формирований от линии соприкосновения, восстановление перехода, да, это очень важно, но это решение текущих локальных проблем. А мы должны решать стратегические задачи, и парламент не должен подменять исполнительную власть или полномочия президента. Парламент должен подготовить основу для мирного урегулирования, а это мирное урегулирование – это вот те законы, которые я перечислил. Это изменения в Конституцию в отношении особого статуса. Вот то, что необходимо делать. И, конечно же, это надо было поручить отдельному комитету. С этим была связана наша принципиальная позиция, но, к сожалению, к нам не прислушались. И это очень прискорбно. Это, безусловно, является, и мы воспринимаем этот факт с огромным сожалением, потому что когда в предмет деятельности этого комитета записали такие разнообразные, разношерстные и полярные вопросы, которые будет предметом подготовки законопроектов в этом комитете, то это означает, что вновь внимание главной проблеме в стране – прекращению боевых действий и миру на Донбассе, – властью не уделяется. В данном случае – законодательной властью.

Ведущая: В продолжение темы комитетов. Вы отмечали, что «Оппозиционная платформа – За жизнь» создает вторую по величине фракцию в ВР. Напомним, проголосовавших за нее – 13% избирателей, это около 2 млн граждан. Какой будет ответ партии, если она получит меньшее количество комитетов, чем это предусмотрено регламентом, законом о комитетах ВР, а также, например, не получит должностей, которые традиционно отходят оппозиции: должность вице-спикера и уполномоченного по правам человека?

Виктор Медведчук: Я вам хочу сказать, что я бы разделил ваш вопрос на две части. Ну, во-первых, не мы говорим о том, что у нас вторая фракция и мы вторая партия в парламенте. Это сказал украинский народ на выборах. Оказал нам доверие в том объеме, в котором вы абсолютно правильно в своем опросе изложили. И мы сегодня по количеству депутатов, избранных от нашей политической силы, являемся второй политической силой в парламенте. Это первое. Второе: почему я разделил ваш вопрос и хочу дать отдельно на части вашего вопроса ответ. Первое: я еще раз повторяю, что мы будем требовать выполнения закона в части распределения руководящих должностей в комитетах Верховной Рады Украины в соответствии с частью 4 статьи 81. И таких всех руководящих должностей должно быть в отношении: по три председателя комитета, первых замов, замов и секретарей комитетов. Второе: если нам не предоставят в соответствии с этим требованием закона количества руководящих должностей в комитетах, то, естественно, мы обратимся в Конституционный суд о признании неконституционным постановления Верховной Рады Украины, которое будет принято в этой части с нарушением действующего законодательства.

Естественно, что, если мы запланировали подобный подход и считаем, что требования закона должны быть выполнены, мы откажемся от руководящих должностей в меньшем количестве комитетов, если это будет нарушать действующий закон. И ответ на вторую часть вашего вопроса. Это вопрос, касающийся заместителя председателя ВР – не вице-спикера. В Конституции у нас нет должности ни спикера, ни вице-спикера. У нас в Конституции есть должность председателя ВР, первого заместителя и заместителя. Я акцентирую на этом внимание, потому что не надо уменьшать роль руководства Верховной Рады, потому что в соответствии с Конституцией, должность председателя ВР Украины является второй по статусу в государстве. И именно лицо, занимающее эту должность, выполняет обязанности президента в случае невозможности им выполнять полномочия президента Украины. Функции сегодня руководства ВР более расширены, чем это имеет место во многих странах мира, где есть спикер парламента и есть вице-спикеры парламента. Здесь есть дополнительно комплекс должностных обязанностей, предусмотренных Конституцией и действующим законодательством, которые выходят за рамки обычного восприятия, когда речь идет о спикерах и вице-спикерах. Так вот, говоря о должности заместителя председателя ВР, если такая должность нам не будет предоставлена… А это традиция, сегодня нет требования закона в этой части. Кстати, эта традиция выполнялась всегда в годы независимой Украины, я уже не говорю о том, что это принято во многих цивилизованных странах мира, на которые мы равняемся. Если не будут предоставлены должности в таких комитетах, как регламентный, свобода слова, антикоррупционный, если не будет, как вы сказали, предоставляться в будущем оппозиции представлять интересы уполномоченного по правам человека ВР или, допустим, в Антимонопольном комитете, что является также приоритетом оппозиции, то к этому мы можем относиться по-разному. Потому что нет закона, а значит, никто его при отсутствии не должен выполнять. Есть традиция, есть обычай, и это зависит от уровня демократичности той власти, которая пришла. Это уровень демократии президента, это уровень демократии большинства в парламенте. Поступят они по-другому – ну что ж, мы не собираемся с этим мириться, но мы будем действовать так, как нам доверили это наши граждане Украины, и мы это переживем. Хотя по принципу, с учетом того, что контрольные функции должны принадлежать оппозиции, это надо и необходимо сделать, если мы считаем, что мы живем в демократическом и правовом государстве. Но здесь нет того, что нарушается закон, и эти нарушения могут быть восстановлены в судебном порядке, как это есть с комитетами, руководящие должности в которых нам положены с учетом количества депутатов, входящих в нашу фракцию.

Ведущая: У нас есть еще один вопрос по комитетам, но уже тех, которые предлагают убрать. На основании вчерашнего заседания подготовительной группы поняли, что в новой ВР не будет таких комитетов, как комитет по вопросам ветеранов и людей с инвалидностью, комитет по вопросам топливно-энергетического комплекса, промышленной политики. Их предлагают объединить с другими комитетами. Как ваша партия относится к такому перечню комитетов и к приоритетам этого состава парламента в сфере экономики и социальной сферы?

Виктор Медведчук: Ну, вы понимаете, в чем дело. Это тоже, скажем, месседж (есть такое модное слово, которые очень часто употребляет новая политическая элита), месседж обществу, и это месседж, который определяет стратегические задачи тех, кто пришел к власти. Ведь это все делает кто? Это делают представители новой команды, которая будет составлять большинство. Это представители фракции «Слуга народа». Но что означает ликвидировать на сегодняшний день комитет по промышленности или комитет по энергетике? Знаете, что это означает? Это означает, что у нас промышленность фактически уже ликвидирована, сейчас осталось несколько еще действий, направленных в энергетической сфере. И это тоже будет ликвидировано. Зачем же там что-либо регулировать на законодательном уровне? Давайте уничтожим промышленность, что делала последние годы власть предыдущая и продолжает делать сегодняшняя. Ведь она не думает о создании новых рабочих мест, о развитии экономики, о восстановлении экономических отношений с теми странами, которые могут по-новому наполнить реальным содержанием экономику страны, а значит, социальную сферу. Давайте ликвидируем энергетический комитет. Конечно, а что регулировать в энергетической сфере? Примут решение и будут действовать на уровне правительства или президента. Зачем тут нужен парламент, Верховная Рада со своими законодательными решениями или с контролем за деятельностью правительства или президента в этой сфере?! Здесь не необходимы контрольные функции и контрольные рычаги. Надо это делать на том уровне, как это подсказывает МВФ, надо делать это, как установлено сегодня в результате введенного внешнего управления США – они ведь расскажут, что пенсильванский уголь лучше донецкого и луганского, и тем более намного лучше российского. И они подскажут, что делать нам с газом и где нам его брать, по какой цене. Это в качестве сферы энергетики. А в промышленности – ну зачем, если мы твердо и уверенно, к огромному сожалению, идем по пути деиндустриализации. Нам ведь промышленность не нужна. Зачем ее восстанавливать? Нам не нужны рабочие места, нам нет необходимости получать отчисления в доходную часть бюджета, нам нет необходимости наполнять реальным содержанием уровень жизни, уровень благосостояния наших людей. Какая промышленная политика? Нет министерства – нет комитета. Нет промышленной политики – и в конечном итоге нет промышленности.

Вот о чем думают эти люди, когда якобы сокращают количество комитетов и при этом – вдумайтесь! – рассказывают о том, что мы ликвидировали эти комитеты, потому что они были созданы под представителей политических элит. Под кого эти комитеты создавались, если они традиционно всегда существовали и всегда существуют во многих парламентах мира?! Под кого они создавались?! Это вы сегодня, придя в парламент, создаете комитет под своих людей, для того чтобы господствовать в той или иной сфере. Например, чего стоит комитет по так называемой гуманитарной и информационной политике, который полностью перебрал на себя функции комитета свободы слова только по одной простой причине: потому что они собираются этот комитет отдать оппозиции. Но все функции переносятся почему-то под обобщающими названиями и под обобщающим знаменателем в этот комитет. И делают они его под конкретное лицо, под г-на Ткаченко, это же очевидно, это уже известно.

Так чем занимаетесь вы, господа представители «Слуги народа», которые имеете большинство в парламенте? Вы сокращаете комитеты ради чего? Ради сокращения сегодня механизмов наполнения реальным содержанием уровня жизни людей или вы подстраиваете это под людей, которые могут внедрить сегодня то, что может осуществить борьбу с неугодными средствами массовой информации, внедрять методы борьбы со СМИ, нарушая всячески сегодня принципы свободы слова, присущие демократическому, правовому государству, и так далее? Вот что делают сегодня, когда якобы сокращают комитеты, якобы это делают из каких-то положительных побуждений. Естественно, что мы выступаем против этого. Естественно, что мы будем доносить нашу точку зрения об этом нашим гражданам, нашим избирателям. Потому что мы понимаем, почему это делается, зачем это делается и к чему все идет.

Ведущий: О распределении, собственно, и сокращении количества комитетов мы с вами поговорили, но важно здесь вспомнить еще о том, что «Оппозиционная платформа – За жизнь» также предлагала создать комиссию по приватизации. Вместо этого мы видим, что в перечне комитетов такой комиссии уже нет. Что это значит? Это означает, что ее отсутствие – это что у нас с приватизацией все нормально и ничего контролировать в этой сфере не нужно? Каково ваше мнение по этому поводу?

Виктор Медведчук: Ну, во-первых, не совсем так. Мы не предлагали создание комиссии по приватизации, потому что она существовала во всех парламентах, начиная с I созыва. Во всех парламентах, в том числе и в предыдущем, VIII созыва, комиссия по приватизации всегда была. Она выполняла определенные функции. Насколько она это делала – мы знаем общее состояние приватизации в стране, уровень приватизации, те нарушения, которые происходили в процессе реализации норм по приватизации, но она выполняла в той или иной степени, в зависимости от своего состава, контрольные функции по вопросам приватизации. Именно представители «Слуги народа» предложили ее ликвидировать. То есть это первый созыв – Верховная Рада IX созыва, когда комиссии по приватизации просто не будет. Правильно ли это? Не думаю, что это правильно. Потому что контрольные функции в этой сфере должны оставаться. Почему они должны оставаться? Потому что еще, к сожалению, не разворовали всю государственную собственность. К сожалению, для людей, к счастью для тех, кто пришел к власти. И видимо, когда эта власть ликвидирует комиссию по приватизации, они исходят из того, что должно быть меньше тех, кто путается под ногами или пытается ставить палки в колеса в вопросах контроля за тем, что будет происходить с теми крупными государственными объектами, которые в ближайшее время как по интересам действующей власти, так и по указке Запада должны быть приватизированы. Да, многие объекты государственной собственности должны быть приватизированы. Но, во-первых, не все, во-вторых, не все подряд, а в-третьих – в соответствии с действующим законодательством. И тут вот этот механизм, который существовал всегда… Мы сейчас не знаем, как бы он действовал в этих новых условиях, в этой ситуации при новой власти. Но уже одно его существование означало потенциально то, что такой контроль со стороны комиссии по приватизации мог иметь место хотя бы потенциально. Сегодня такого контроля не было. Поэтому позиция нашей фракции здесь совершенно иная по этому вопросу. 

Ведущий: Как вы считаете, будет ли фракция «Оппозиционной платформы – За жизнь» подавать собственный проект закона об оппозиции? И вообще, на каких принципах оппозиция должна сегодня осуществлять контроль над властью?

Виктор Медведчук: Ну, во-первых, такой законопроект есть в парламенте. Он разрабатывался нашими сегодня уже депутатами IX созыва, которые когда-то входили во фракцию «Оппозиционного блока», и этот закон был наработан общими усилиями с представителями «Оппозиционного блока». И мы возобновим просто этот законопроект, который подавался тогда, для того чтобы он был принят.

Но я еще раз повторяю, что я не верю, я не верю в то, что такой законопроект будет принят новой властью, большинством от власти, которое составляет фракция «Слуги народа». И здесь вопрос заключается в том… В том, что он не будет принят. Ну, конечно, это минус. Если бы его приняли, это был бы плюс, потому что о власти нужно думать не только, когда во власти, но и в оппозиции. Поэтому люди, которые находятся во власти, именно они должны инициировать и принимать закон об оппозиции, а не представители оппозиции. Потому что, что бы там ни хотела оппозиция, что бы она ни предлагала, у власти есть свое видение.

Единственное, что я бы здесь сделал замечание в отношении того, что власти надо думать, что они тоже когда-то могут быть оппозицией. Как показывает новейшая история Украины, политическая новейшая история Украины, так часто и случается. Поэтому этот закон нужен. Этот закон нужен власти, которая сегодня власть, этот закон нужен оппозиции, которая сегодня оппозиция, как и тем политическим силам, которые могут изменить это амплуа в будущем. Но еще раз подчеркиваю, что вряд ли это состоится.

В отношении функций оппозиции я еще раз хочу подчеркнуть, что в соответствии с конституционной реформой 2004 года были установлены контрольные функции и выписаны в Основном Законе, то есть Конституции, контрольные функции парламента, Верховной Рады Украины. Это функции очень важные, и эти функции заключаются в сфере того же регулирования, связанного с регламентом и его соблюдением в Верховной Раде Украины. Это функции, связанные со свободой слова, это функции, связанные с бюджетным комитетом, потому что оппозиция должна контролировать и доходную, и расходную часть бюджета, то, что нарабатывается правительством, утверждается парламентом, это то, что касается антикоррупционного законодательства. За пределами или за стенами парламента оппозиция должна иметь отношение к Антимонопольному комитету, потому что при всей прогрессивности антимонопольного законодательства в Украине, которое наработано и принято на сегодняшний день, Антимонопольный комитет сегодня абсолютно не соблюдает и допустил монополизацию многих сфер экономики, вред от которых сегодня ощущают наши граждане. Это и в тарифах, это и в ценах, это и во многих других вопросах, непосредственно связанных с интересами наших людей. Естественно, это уполномоченный по правам человека Верховной Рады Украины.

Вот видение оппозиции, видение того, какие конкретно контрольные функции должны быть отданы оппозиции для того, чтобы был нормальный процесс взаимодействия власти и оппозиции, контроля власти со стороны оппозиции. Я считаю идеальный подход именно таким. Если бы он был утвержден на уровне закона, это добавило бы к тому, что есть у нас в обществе, у нас в стране, соблюдение прав и свобод наших граждан. Эта ситуация была бы выигрышна именно для них, а не для политических элит, которые представляют ту или иную сторону. 

Ведущая: Если подытожить работу ВР в целом, какие у вашей партии ожидания от работы нового парламента, будущего парламента? Способен ли такой состав новой ВР, например, обеспечить решение ключевых для украинцев вопросов: прекращения войны, в частности, установления мира, изменения тарифной политики и т. д.?

Виктор Медведчук: Безусловно, с учетом того, что у нас на сегодняшний день беспрецедентный случай избрания политической силы, которая насчитывает 254 народных депутата в своей фракции, и даже без создания коалиции с другими фракциями, которые исповедуют ту же идеологическую платформу, как и «Слуга народа», а такие фракции есть сегодня в парламенте, означает то, что если они – эти люди, большинство в парламенте – нацелены на мир в Украине, на прекращение боевых действий, на изменение радикальное экономической ситуации в стране, восстановление экономических отношений, которые могут повлиять на уровень жизни людей, на снижение тарифов, на изменение ситуации в стране во всех сферах, начиная с пенсионной, образовательной, здравоохранения и многого другого – у них сегодня есть те голоса, которые могут это сделать на уровне принятия необходимых законов для урегулирования всех проблемных вопросов. В том числе и возвращаясь к главному вопросу: мира и прекращения боевых действий, внесения изменений в Конституцию, где мы с огромным удовольствием поможем и составим то конституционное большинство, которое требуется для принятия изменений в Конституцию, касаясь особого статуса Донбасса в Украине.

И я думаю, что если желания будут искренними у фракции «Слуги народа», и у президента Украины господина Зеленского, то это все можно реализовать. Как минимум, если этого не произойдет или произойдет в той форме, которая не будет удовлетворять большинство наших граждан, то ответственность за это будет на этой политической силе и на президенте страны. Потому что у них есть все механизмы, все рычаги – они могут и обязаны это сделать.

Ведущая: Накануне вышел рейтинг – издание «Новое время» опубликовало топ-100 самых влиятельных людей. Вы, собственно, вошли в десятку, заняли десятое место и являетесь фактически единственным политиком, который заявил о своей оппозиционности, который вообще попал в первую десятку. С чем вы связываете такую позицию – десятое место?

Виктор Медведчук: Во-первых, надо подходить творчески ко всем этим рейтингам. Но если эта позиция имеет что-то с реальностью, то это позиция и заслуга нашей партии – «Оппозиционной платформы – За жизнь», которая принципиально и последовательно отстаивает вопросы мира и прекращения боевых действий, отстаивает радикальные изменения экономического курса, который может привести к реальному наполнению уровня жизни и благосостояния людей. Отстаивает восстановление экономических отношений с РФ, то есть отстаивает те позиции и те вопросы, и не только отстаивает, но и решает эти вопросы, и мы это демонстрировали как до выборов, так и во время выборов, которые позволили сегодня представителю этой партии занять столь высокое место среди влиятельных людей в Украине.

Но опять-таки я еще раз подчеркну, что, во-первых, к этому надо относиться творчески, во-вторых – это заслуга не моя, это заслуга всей нашей партии. Нашей команды, которая это принципиально делает и будет делать.

Ведущий: Также хотели бы поговорить с вами о коррупции, потому что резонансной новостью этих дней стало задержание заместителя министра по вопросам временно оккупированных территорий Юрия Грымчака. По сообщению СБУ, НАБУ и Генпрокуратуры, его обвиняют в вымогательстве более одного миллиона долларов взятки. Известно, что жена господина Грымчака назвала уголовное производство политическим заказом. Как думаете, насколько много в этих событиях именно политики?

Виктор Медведчук: Ну, вы знаете, я противник того, чтобы давать оценки материалам следствия, когда их не видно. А тем более материалам, которые должны быть предметом судебного разбирательства. Более того, когда говорят о политически мотивированных действиях, то это может иметь место, а может и не иметь. Нужно иметь аргументы для этого. Да, то, что сегодня сообщается, в том числе и вашим каналом, и многими другими СМИ, – есть масса вопросов к следственным органам по поводу того, на основании и в соответствии с каким уголовным делом производились эти факты задержания. Но если имеет место факт задержания, тем более с определенной суммой и с названной вами, которая якобы являлась предметом или мошенничества, как об этом говорит прокуратура, или взятки, то, безусловно, лица, виновные в этом, должны быть наказаны.

Мы, я имею в виду себя конкретно и «Оппозиционную платформу – За жизнь», отстаиваем, что перед законом должны быть все равны. Я господина Грымчака не знаю лично, знаю его по выступлениям по телевизионным каналам, по его комментариям. Мы идеологически разные люди. Но при этом я хочу сказать о том, что требования закона должны быть соблюдены, потому что существует конституционное право на защиту, оно должно быть реализовано. Если у обвинения есть серьезные доказательства, они должны быть предъявлены, и это должно стать предметом судебного разбирательства. И только приговор, вступивший в законную силу, может означать виновность, в данном случае этого гражданина, этого должностного лица, которое является заместителем министра. Причем очень важного стратегического министерства.

И здесь я думаю, что никаких гаданий, или оценок, или прогнозов быть не может, тем более с учетом того, что я юрист по образованию, я исходил бы из того, что должны быть соблюдены права, а суд или следствие – если до суда дойдет – должны расставить все точки над «і».

Ведущий: 1 января 2020 года истекает срок действия контракта на транзит природного газа из РФ в Европу через украинскую ГТС. Что будет с украинской ГТС после 1 января и как это повлияет на обычных граждан?

Виктор Медведчук: Ну, вы знаете, может быть все очень плохо, и я при этом не сгущаю краски. Потому что если не будет транзита газа по украинской ГТС, то это, во-первых, потеря дохода в бюджетную часть, а это около 3 млрд долларов в год, это невозможность получения газа для внутренних потребностей, потому что мы его всегда получали с транзита. Что означает «с транзита»? Это означает, что в основе потребления газа по импорту лежит не формула «Дюссельдорф+», которая является коррупционной и которая, кстати, обратите внимание, до настоящего времени не отменена – она действует. И те структуры коммерческие, которые работали вместе с прежней властью, в связке с прежней властью, продолжают работать сегодня и зарабатывать на горбу наших граждан.

И здесь вопрос будет связан с тем, что по транзиту этот газ мы получали по импорту таким образом, что мы его изымали на территории Украины, а покупали у европейских операторов, но физически этот газ не выходил за пределы границ Украины, когда он попадал из РФ на территорию нашей страны. Если не будет транзита, значит, не будет такой возможности обеспечивать газом наше население, потому что этот объем в прошлом году составлял 10,5 млрд кубов газа. Где их взять сегодня? На рынке в Европе? Это вопрос. Как его поставить в Украину? Потому что некоторые умники, так называемые специалисты, даже не эксперты, а те, которые рядятся в число политиков, говорят: «Ну что там газ, газ – это товар, платите деньги и покупайте». Да, есть товар, который связан с определенной степенью сложности или технологичности его доставки. Так вот, газ – это именно такой товар, что его еще надо получить. Получить этот газ мы можем по трубе – или из России, или из Европы.

Для того чтобы найти такой газ в Европе, сегодня, как утверждают эксперты и как утверждает статистика потребления, реализации и транспортировки газа, возможности нет, поэтому надо решать проблему и прямых поставок газа из России, и транзита газа не только потому, что он дает поступления в доходную часть бюджета, а потому что он обеспечивает газом Украину. И если труба наконец-то начнет работать в реверсе (потому что она никогда не работала в реверсе, это реверс, придуманный командой Порошенко, якобы реверс из Европы, из Словакии, никогда этого реверса не было), то Украина может быть поставлена в ситуацию, когда этот реверс надо будет вводить. Но для этого тогда надо будет найти свободные объемы газа на европейском рынке и поставить их в Украину. А это очень сложно и фактически невозможно, несмотря на утверждения того, что это такой же товар и его можно просто купить, если есть деньги.

Поэтому это кризисная ситуация для Украины, и переговоры, которые намечены на середину сентября между Украиной, Россией и ЕС, представители должны начать обсуждать вопрос транзита, потому что транзит заканчивается 1 января 2020 года. И если он не будет продлен, то эти потоки газа прекратятся, и мы столкнемся с двойной проблемой: с одной стороны – не получим средства в доходную часть бюджета, с другой стороны – это усложнит во много раз нам получение газа по импорту, объемы которого остаются огромными для нашей страны.

Вот эти проблемы должна была решать прежняя власть, должна решать настоящая власть, потому что даже сентябрь – это уже время, когда кардинально что-то изменить в этом вопросе очень сложно, остается очень мало времени для достижения договоренностей и оформления этих договоренностей, если они будут достигнуты.

Самое главное предложение нашей партии «Оппозиционная платформа – За жизнь» – это договор о прямых поставках газа из России, это заключение консорциума о поставках газа между Россией, Украиной и газовыми операторами ЕС. Это единственный выход, когда Россия будет заинтересована в поставке большого объема газа в Европу, и это интерес в том числе и Украины, когда она его будет транзитировать, в том числе и получать внутри страны для внутренних потребностей. Все другое, что может иметь место, оно все мешает и работает против интересов Украины – как страны, так и государства. И сегодняшняя власть, и так называемые специалисты от нее в этой сфере должны это понимать, осознавать, а потом, естественно, нести за это ответственность. 

Ведущая: Помимо газа есть еще один важный ресурс – это земля. Новая власть неоднократно заявляла, что планирует открыть рынок земли еще до нового года. По мнению вашей партии, своевременно ли такое решение? Какие последствия оно будет иметь?

Виктор Медведчук: Мы категорически против открытия рынка, свободной продажи земель сельскохозяйственного назначения. И мы об этом неоднократно говорили. О том, что продавать землю – это последнее дело. Более того, мы считаем, что если наша страна, с учетом общих интересов и потребностей, когда-то придет к решению этого вопроса, то это надо делать только через всеукраинский референдум. И только на этом референдуме можно подтвердить подобное решение, а не принимать это решение сегодняшней властью, то есть президентом, вновь сформированным правительством и парламентом. Хотя у них такие возможности, конечно же, есть.

Но здесь, во-первых, возникает вопрос: а имеют ли они на это право? Да, у нас, с одной стороны, естественно, легитимно избранный президент страны – господин Зеленский. Более того, за него проголосовало 73%. У нас в парламенте сегодня 254 представителя фракции «Слуги народа», народные депутаты. И они сформируют правительство, свое правительство, и это их право, конституционное право, и могут принимать решения – и отмены моратория на продажу земли, что они обещают сделать, и принятие других решений с учетом того, что и исполнительная власть после того, как они сформируют правительство, и власть на местах, потому что руководители областных и районных администраций, они тоже подаются правительством, сформированным большинством в парламенте, и утверждаются президентом, представителем этой политической силы.

Но когда я задаю вопрос: «Могут ли они это сделать?» – у меня есть аргументы утверждать, что они на это не имеют права. И здесь необходим всеукраинский референдум, потому что, по всем социологическим исследованиям, большинство наших граждан, 75–80%, категорически против продажи земли сельхозназначения.

Но есть еще один аспект. Это аспект поддержки этой власти на выборах. Да, действительно, за господина Зеленского проголосовало 73%. А если задать вопрос по-другому и заняться арифметикой? А сколько это наших граждан, имеющих конституционное право выбирать президента? У нас было определено перед вторым туром президентских выборов, что наших избирателей – это 29 млн 790 тыс. Где-то такая примерно цифра. Пришло на выборы почти 18,5 млн избирателей. Проголосовало за господина Зеленского 13,5 млн избирателей. А сколько это процентов от всех граждан Украины? Я отвечаю – 45% от тех граждан Украины, которые имеют конституционное право избирать. Да, он легитимно избран, причем с такой поддержкой, с которой не избирался ни один президент. Но когда вы ставите вопрос по поводу продажи земли, а это одно из главных достояний украинского народа, и так это изложено в статье 13 Конституции, то ведь же вопрос не в том, насколько легитимна эта власть – она полностью легитимна, а насколько она может отвечать, с учетом оказанного ей доверия, за распоряжение в том числе в данном случае этим достоянием – землей украинского народа. 45% граждан Украины поддержало господина Зеленского. А парламент? Количество избирателей – 29 с небольшим миллионов граждан. На выборы пришло где-то 17 млн 600 тыс. человек. За партию «Слуга народа», которая представляет большинство и может сформировать правительство, взять всю полноту власти и принять решение об отмене моратория на продажу земли, проголосовало 6 млн с небольшим. 21% от граждан Украины, которые имеют конституционное право. Они имеют право распоряжаться землей? Да, они легитимно избраны, по закону и Конституции они могут принимать любые решения, в том числе и это. Но есть ли у них моральное право, с учетом того, что за них проголосовал только 21%, распоряжаться тем, что принадлежит всем гражданам, имеющим конституционное право выбора, то есть всем 29 млн? Я считаю, что нет.

Поэтому в данном случае, если у действующей власти и будет такое желание, они должны этот вопрос вынести на всеукраинский референдум. И только референдум может поставить точку в этом вопросе и принять то решение, которое потом может быть реализовано законодательно. Иначе это будет нарушением конституционного права не отдельных граждан, а украинского народа. Вот позиция нашей партии «Оппозиционная платформа – За жизнь».

Ведущий: Как вы вообще оцениваете уровень свободы слова в Украине? Особенно если взять в качестве примера события вокруг телеканала «112 Украина». Знаем, что член Международного редакционного совета «112 Украина», депутат Европарламента Нейтан Гилл заявил, что в случае продолжения давления на канал этот вопрос будет вынесен на обсуждение комитета ассоциации Украина – ЕС в Европарламенте. Оцените последствия такого громкого скандала – к чему это может привести?

Виктор Медведчук: Ну, вы знаете, я оцениваю ситуацию в вопросах соблюдения свободы слова как критическую. Причем она еще становится хуже, чем это было при предыдущем режиме Порошенко. То есть это даже не совсем наследие, потому что все действия, которые направлены в отношении вашего канала, в отношении NewsOne, принятие ВР 4 октября 2018 года постановления о лишении лицензий, политически мотивированные действия со стороны Национального совета и радиовещания по отношению к отдельным каналам и СМИ – свидетельство того, что новая власть, которая, к сожалению, пока ничего не сделала для людей, пытается забрать те механизмы, которые могут донести до наших граждан ту правду и в отношении власти, и в отношении того, что происходит в стране. И потому подобные действия – это и нежелание расследовать нападение на ваш канал, когда его обстреляли из гранатомета, это политически предвзятые действия, направленные на внеплановые проверки канала NewsOne, – это все звенья одной цепи по отношению, в том числе и действия власти к оппозиции, представителям нашей политической силы. Ведь не секрет, что владельцем и «112», и NewsOne является член политсовета нашей партии Козак Тарас Романович. И действия, направленные против лидеров нашей партии в вопросах переговоров с Россией, возбуждение уголовных дел, назначение экспертиз, что делало СБУ при Порошенко и продолжает делать СБУ при Зеленском, и попытки лишить лицензий каналы и «112», и NewsOne – это все, еще раз подчеркиваю, это звенья одной цепи.

Наступление, мотивированное политически, в нарушение действующего законодательства, на свободу слова в Украине. Идет попытка зачистки информационного пространства, для того чтобы оставить только те СМИ, которые будут угождать власти, которые будут работать во имя власти, и при этом игнорируются права и свободы наших граждан в соответствии с Конституцией на получение объективной, незаангажированной информации. Вот что происходит сегодня.

Причем то, что происходит с каналами, – это то, что никогда за годы независимости не происходило в Украине. Хотя многие режимы той власти называли и преступными, и как угодно издевались над оценками этой власти, но до такого ни одна власть не доходила, как это имело место сначала при Порошенко, а сегодня, к огромному сожалению, продолжает иметь место при правлении господина Зеленского и его команды.

Ведущая: Напомним, что вопрос, о котором мы сказали – что Нейтан Гилл заявлял, что вопрос свободы слова в Украине и вопрос канала «112 Украина» будет рассматриваться в Европарламенте, – это принципиальный вопрос. Что от этого может зависеть?

Виктор Медведчук: Конечно, это принципиальная позиция. И главное, что есть уже позиция отдельных представителей Евросоюза. Тем более, вы абсолютно правильно сказали, я знаком с этим депутатом, я встречался с ним, когда информировал о мирном плане урегулирования ситуации на Донбассе в Страсбурге, он присутствовал и принимал нашу делегацию. И я знаю его позицию, в том числе и в соответствии с тем, что происходит со СМИ. Более того, то, что он член комитета ассоциации Украина – ЕС, означает, что в ближайшее время это станет предметом рассмотрения на этом комитете, для того чтобы уже новая власть отрапортовала, или доложила, или проинформировала о том, что она пытается сделать в отношении СМИ в Украине и почему это средство, которое применяется сегодня и по отношению к вашему каналу, и к NewsOne, никогда раньше не использовалось, а сегодня это делается и через СБУ, и через прокуратуру, и через Национальный совет по радио и телевидению.

Вот то, что сегодня характеризует действия власти, которые должны быть пресечены. Они должны быть остановлены, так как они являются нарушением Конституции и действующего законодательства. И очень хорошо, что представители, члены Международного редакционного совета вашего канала и представители соответствующего совета международного NewsOne реагируют, знают об этом и готовы сегодня выступать с критической позиции по отношению к действиям власти. Я думаю, что это отразится очень отрицательно на попытках власти лишить возможности вещателей, представителей СМИ доносить объективную информацию до наших граждан.

Опубліковано: 17 серпня 2019
×
Приєднатися